Следы
Не бывает состояния более безысходного, чем бессилие. Когда видишь, чувствуешь, понимаешь, а сделать… И не потому, что физически немощен или характера не хватает, а потому, что нет такой силы – победить болезнь даже самого близкого и родного человека. Особенно, если он сам этого не хочет – ни помощи твоей, ни поддержки, ни заботы…

У меня болен друг. Самый сильный, умный и порядочный мужчина из всех, кого я знала когда-либо. Его болезнь, малоизвестная и как-то неохотно изучаемая до сих пор врачами, сделала его почти отшельником, чурающимся контактов, отстраняющим даже руки друзей… Знаю – он просто не хочет быть в тягость. И не хочет причинить боль.
Я стала сомневаться в существовании Вселенского разума. И подтачивающий мою веру червь сомнения постепенно разрушает фундамент, на котором построена жизнь.
Но человек не может быть один, даже если очень к этому стремится. Даже если укроется в пещере, построит скит, замурует себя в стене…
Он просто не волен быть сам. Он должен чувствовать поддержку. И быть рядом с теми, кто в нём нуждается.
И вспомнилась притча:
…Однажды человеку приснилось, что он умирает. Смерть наступала почти так, как это было описано в книгах, которые он читал при жизни: плавно отрываясь от земли, он смотрит прощальным взглядом с высоты птичьего полёта на своё бренное тело, которое почему-то жаль не более волоса, упавшего с головы…

Затем перелёт через мрачный коридор, замедленный вираж и вдруг – ослепительное сияние, от которого становится хорошо и спокойно. А уже через мгновение он видит себя, идущего рядом с Богом.
Где-то впереди высятся Врата Рая. Но, прежде чем войти в них, человек захотел оглянуться на стремительную реку своей жизни. И попытаться вспомнить все следы, которые он оставил на речном песке.
Он увидел яркие иллюстрации своей жизни: они сменяли друг друга, вспыхивая на небе прямо над рекой. А внизу на берегу он отчётливо видел две пары следов. Одна принадлежала Богу. Вторая – ему. Но, к удивлению своему, он заметил, что самым тяжёлым и грустным дням жизни соответствовала лишь одна пара следов. Второй же не было вообще. И тогда душа человека наполнилась грустью. Обратив свой взгляд к Богу, он сказал:
- Господи, Ты обещал, что, если я решусь следовать за Тобой, Ты будешь со мной всегда и не оставишь ни на мгновение. Но я вижу, что в самые горькие и тяжёлые дни моей жизни Тебя не было со мной. Где же Ты был, Господи? Почему Ты покидал меня, когда я нуждался в Тебе более всего?
В ответ Бог обнял человека и промолвил:
- Дитя моё, знай, что я любил тебя всегда и никогда не оставлял. Там, на берегу реки, где видна лишь одна пара следов, там, где дни твои были полны грусти и отчаяния, я нёс тебя на руках…

…Мне давно уже не снились сны. Так давно, что я и думать забыла – какие они бывают. А прошлой ночью вдруг приснилось, что мы идём с тобой по шаткому мостику через реку. Синяя вода и белые кувшинки так красивы, а серые глаза твои так безмятежно–радостны…
И вдруг – неосторожный шаг и я в воде, а ты продолжаешь идти вперёд, не замечая протянутую к тебе руку… Мой голос осип, я не могу крикнуть, но точно знаю: если ты не обернёшься, я погибну. Без твоей руки.

…Оглянись. Я хочу быть рядом. И пусть на этом песке будет две пары следов – твои и мои. Пока это зависит от нас. Ты можешь вернуть мне веру, только протяни руку навстречу. Ведь когда руки уже встретились, сложно определить – кто кого спасал…
Здоровье ребёнка- это то, к чему родители прилагают все усилия еще до его рождения. Сегодняшние достижения медицины дают возможность каждой семье обеспечить своему ребенку дополнительный резерв здоровья на всю жизнь. Для этого и создан гемафонд, который даёт уверенность в надежном и защищенном будущем ребенка. Ведь эту надежду дают сохраненные стволовые клетки пуповинной крови малыша.


Нет. Есть высшая истина, которая не имеет ничего общего с понятием добра и зла. Почти никто из классиков не обошел стороной ее. Умирая, Болконский НЕ хотел общаться с близкими; состояние, которе Наташа назвала “это сделалось с ним”. Невозможная, живее всех живущих, Лолиточка у Набокова говорит: “Самое страшное в смерти, что человек остается совсем один”. За точность цитаты не ручаюсь – по памяти.
Любовь должна понять и принять это “сделалось с ним”. И Быть Господом – нести на руках так, чтобы умирающий даже не заметил этого.
Мне кажется, что тот, кто хочет быть рядом в нездоровье ли, в настроении плохом, в депрессии – когда тяжело,- порой нуждается именно в этом. То есть, не одолжение делает, не выручает и не развлекает – а удовлетворяет свою потребность – быть нужным. Он так видит свой путь. Справедливо ли наказывать его, игнорируя, лишая этой возможности?
Да. Справедливо. Это не наказание. Это потребность уставшей, уходящей души. Вот “сделалось с ней такое”. Она уже почти по ту сторону, где иные измерения и иные ценности. А “тот, кто хочет быть рядом” – “удовлетворяет СВОЮ потребность “. Истинно любящий не “удовлетворяет свои потребности”, какими бы альтруистическими они ему не казались. На самом деле, это эгоизм, в такой вот форме.
Меня не оставляет ощущение, что ты рассматриваешь только самый крайний случай – “сделалось с ней такое”… Разговор же начался с болезни, депрессии, – сложных моментов жизни, когда мы просто не хотим, чтобы нас жалели, не хотим быть обузой, боимся не оправдать чьих-то ожиданий и поэтому отстраняем всех. И тех, кто просто искренне хочет быть рядом – видеть, слушать, общаться, развеивать мрачные мысли. Разве в этом случае эгоизм… не на другой половине поля?
Это жестоко – отбирать у близкого человека .. себя. Лишая его возможности общения и радости дарить.
Знакомое чувство и знакомая ситуация. Ничего нельзя поделать. Только уйти. Может, чувство утраты заставит его опомниться?
Но, в любом случае, это его решение. И какими бы оно ни было, с ним надо считаться.
Просто сильные люди не хотят, чтобы близкие видели их слабыми, больными, беспомощными. особенно в том случае, если помочь никто не может.
В такой ситуации только вера в себя спасет,а больше ничего не остаётся.Сколько таких примеров: когда человек поверил,что выздоровеет и ему всё по силам.